Бельгийский дизайнер Жан-Поль Нотт, по своей сути, космополит, впитавший в себя множество культур мира. В Бельгии он лишь родился, через полгода семья переехала в Африку, еще через 7 лет поселилась в Лондоне. Нотт получил образование в Нью-Йорке и прошел «свои университеты» в Париже, будучи учеником Ив Сен-Лорана и работая с ним более десяти лет. В 2000 году он создал свой бренд JeanPaulKnott, который решил сделать бельгийским.
Дизайнеру свойственна безупречная техника крояи умение чувствовать ткань, а коллекции отличаются скульптурностью. Он прославился вещамитрансформерами, которые могут носить и мужчины, и женщины. Одновременно в последнее десятилетие Нотт поочередно работал арт-директором компаний Krizia, Feraud, Cerruti (в последней отвечал за все линии бренда). Создавал костюмы для балетной труппы Мориса Бежара и интерьеры для брюссельского отеля Royal Windsor. В Европе он известен больше, чем в России, где его одежда продается только в двух магазинах – московском Cara & Co и питерском Concept № 1. Этой весной на российском рынке появится плод его сотрудничества с компанией Carte Noire: вдохновившись работами Бакста и балетом Дягилева, Нотт расписал в стиле ар-нуво лимитированную серию кофейных бокалов.
Как вы успеваете трудиться в стольких направлениях сразу?
Я начинал как дизайнер интерьеров, но к 2000 году уже более десяти лет работал в сфере моды. И я захотел перемен, захотел создать что-то свое. На протяжении следующих десяти лет я не только развивал свою марку, но и работал с крупными компаниями. Теперь уже больше года не сотрудничаю ни с одной из них: у меня очень много дел, связанных с брендом JeanPaulKnott. Сейчас существует его «ответвление» для азиатских стран. Дело в том, что пять лет назад я встретил одного японского инвестора, который был заинтересован в том, чтобы вложить деньги в развитие моего бренда в Японии. Так родилась линия Knott Galerie Vie. Кроме того, в Брюсселе на средства этого инвестора мы организовали художественную галерею Knott Gallery – «уголок кутюрье», где работают художники, модельеры и архитекторы.
Чем линия для азиатских стран отличается от европейской?
Честно говоря, обе коллекции продаются и на Востоке, и на Западе – по всему миру, в том числе и в Москве. Разница – в стоимости вещей, а также в самой идее. JeanPaulKnott – коллекция концептуальная, с ярко выраженным креативным характером. В процессе ее создания я учитываю новейшие модные тренды и стараюсь привлечь к работе художников, использовать элементы арт-дизайна – графику, картины. Как следствие, цены на такую продукцию высокие.
В прошлом, когда я был еще не столь известен, я создавал какие-то вещи для друзей по более низким ценам, и вот на основе этой идеи мы с японским партнером разработали линию Knott Galerie Vie. Vie по-французски значит «жизнь»; и идея этой коллекции – максимально приблизить вещи к жизни, к потребителю. То есть эту одежду можно стирать в стиральной машине: она простая, удобная, легкая в уходе. Близость к жизни – вот что здесь главное.
Не странно ли, что обе линии продаются в одних и тех же местах?
Я нахожу эту идею замечательной, поскольку являюсь сторонником микширования вещей – шикарных и удобных, сложных и простых. Скажем, шелковый топ, вручную расписанный художником, можно сочетать с обычными джинсами. Правда, джинсы из моей коллекции тоже дорогой продукт, поскольку в составе ткани есть хлопок с кашемиром. Это дорогие хорошие джинсы, но все же это одежда, которая на порядок ниже по стоимости и креативу. Ее проще купить, она дешевле стоит, ее можно стирать, в то время как таких топов может быть всего два или три в мире. Я выступаю за подобные сочетания. В Москве, в Cara & Co продаются обе коллекции, их смешивают между собой и с другими брендами.
А что лучше покупают в Москве – уникальные модели или вещи «для жизни»?
Хорошо продается и то и другое. Может, это следствие современной ментальности: люди хотят иметь что-то уникальное, что надето только на них. Но с другой стороны, слишком много уникального в гардеробе – это чересчур. Ничто не должно быть с переизбытком. Уникальное нужно обязательно сочетать с чем-то повседневным, сшитым серийно – в каком-то смысле с массовым.
Хотите выглядеть молодо в Новом Году? Выбрать качественную косметику ведущих мировых брендов Вы можете здесь: Интернет магазин профессиональной косметики - Profzona.com. Новогодние скидки 10%, заходите, выбирайте! С нами Вы будете молоды и красивы долгие годы!
Есть ли разница во вкусах москвичей и питерцев?
Очень сложно ответить на этот вопрос. Вообще продажа одежды в мультибрендах, где представлено множество марок, похожа на любовные отношения, сложные и многогранные. Очень многое зависит от хозяина, от человека, который составляет коллекцию. Как показывает практика, во всех магазинах подборка одежды даже одного и того же бренда отличается. В каком-то смысле это уже не коллекция дизайнера, а коллекция байера. Поэтому моя одежда в Питере очень сильно отличается от одежды, представленной в Москве. Московский выбор я бы назвал strong personality – он более «горячий». За неделю до нашей беседы я был в Японии – там тоже все магазины выглядят по-разному. Нет единого взгляда на мою коллекцию, и его не должно быть, ибо это сродни фашизму.
Конечно, сегодня и в Москве, и в Нью-Йорке, и в Париже люди одеваются примерно одинаково: основа гардероба – джинсы и футболки. И все равно в каждой стране наблюдаются какие-то отличия. Их можно увидеть даже в разных частях одного города, в разных регионах страны. Где человек родился, где работает, каков его жизненный опыт – все это формирует его вкус. Поэтому я считаю очень позитивным опыт мультибрендовых магазинов, которые сотрудничают с разными марками с целью завоевания новых покупателей и формирования открытого взгляда на моду. Вообще, сейчас редко встретишь человека, чья одежда с ног до головы выдержана в одном стиле. Я этого не люблю, потому что сочетание разного всегда выглядит более живо.
Хотелось бы поговорить о феномене бельгийской моды, которая «выстрелила» 10 лет назад. Что в ней происходит сейчас?
Бельгия – интересная страна с точки зрения дизайна. Художественная среда здесь сама по себе очень развита. Это замечательное место для работы, и, надо сказать, что бельгийских дизайнеров даже больше, чем французских. Меня многие спрашивают – почему? Наверное, потому, что Бельгия – это практически даже и не страна. Она такая маленькая, что как будто бы ее и нет. Поэтому бельгийцы черпают вдохновение повсюду, составляют свою «картинку» из многих кусочков, из культур разных стран и делают то, что набирают, особенным – перерабатывают и получают что-то свое, уникальное. Именно этим отличаются мода и дизайн Бельгии от Милана, Нью-Йорка или Парижа, где я тоже работал.
В Брюсселе особая творческая атмосфера. Может, в силу того, что людям там нечего делать и они куда-то стремятся за впечатлениями, за новыми наблюдениями. У бельгийцев больше ментального и физического пространства для создания модных вещей: Бельгия находится в центре Европы, соседствуя с несколькими странами сразу. Почему вы решили стать именно бельгийским дизайнером? В Бельгии вы только родились, с не меньшим основанием могли бы создать французский, американский или японский бренд…
Прежде всего, у меня бельгийский паспорт, я гражданин Бельгии. Да, я здесь родился, потом жил с родителями в Африке, в Лондоне, Нью-Йорке, затем работал в Париже, после чего опять вернулся в Нью-Йорк, поскольку мой род частично оттуда. Сначала я работал в сфере дизайна интерьеров, мне это очень нравилось.
В какой-то момент я захотел постичь что-нибудь новое и задумался, не начать ли мне деятельность в сфере моды. Я понял, что это моя страсть и что мне это подходит. Но чтобы открыть свою компанию, нужно знать, где твоя родина, кто ты. Я вернулся в Бельгию, стал изучать эту страну: я ее практически не знал. Осел там, начал дело. Конечно, нужно добавить, что Брюссель гораздо дешевле, чем Нью-Йорк или Париж, и открыть там бизнес легче с финансовой точки зрения в том числе. Я много времени в своей жизни провел за границей, но меня все время тянуло обратно в Бельгию, потому что там мой дом. Брюссель к тому же интернациональный город, в отличие от Парижа или Милана. Париж – это город для парижан, так же как Милан – для миланцев. А вот Брюссель как раз интересен смешением культур и национальностей. Это настоящая международная столица Европы. Заходишь в ресторан – за одним столиком говорят по-русски, за другим – по-итальянски, и мне очень нравится такая культурная разнородность.
Раз вы учились у Сен-Лорана, то образование у вас классическое. Однако ваши вещи очень современны. Что делает их таковыми?
- Да, я вырос на творчестве Ив Сен-Лорана. Но он шил прекрасные костюмы в то время, когда мода совершенно четко разделялась на мужскую и женскую. Сегодня, в XXI веке, в 2010 году я не верю в отдельную моду для мужчин и для женщин. Я стараюсь создать концепт одежды, которая подходила бы людям обоих полов, – такую трансгендерную моду. Я работаю над пропорциями, над отделкой, над кроем, над цветами. Создаю одежду для людей, а не для мужчин и женщин. Конечно, я не спорю, что в силу традиций в мире моды мужской костюм всегда лучше скроен и сшит, чем женский: за этим стоит богатое прошлое. Но моей задачей является реорганизация производства таким образом, чтобы сделать его пригодным для изготовления и мужских и женских костюмов. Я работаю над практичностью одежды, над комфортом, легкостью, мягкостью ткани. И стараюсь думать о моделях как о вещах, которые окружают человека, – а не просто как об одежде. Потому что это скучно.
Но даже если мужчины и женщины носят одну и ту же одежду, женщина хочет подчеркнуть свою женственность, а мужчина – показать, что он мужчина. Кто сегодня захочет вернуться к «унисексу»?
Говоря о трансгендерной одежде, я не имел в виду, что женщина должна носить пиджак, рубашку или растянутый свитер мужа и выглядеть совершенно непрезентабельно. Я работаю над трансгендерной одеждой, чтобы найти различные способы соединения компонентов для каждого конкретного человека. Конечно, я руководствуюсь тем, что сексуально, красиво и хорошо сидит. Вообще, зададимся вопросом: зачем нужна мода? Наверное, для того, чтобы люди были довольны собой и окружающими, радовали своим видом других людей. Мне кажется, что именно это и является моей задачей – сделать людей более прекрасными, более счастливыми. Ведь это очень важно в жизни – быть счастливым. И я работаю как раз над тем, чтобы подготовить людей к этому. Может быть, это несколько упрощенное мышление, но именно так я представляю свою задачу и свою работу: я занимаюсь не созданием fashion, а созданием одежды, которая должна отвечать требованиям человека.
Читать далее
